Logo
Logo
Главная
Нужна помощь
О нас
Сестричества
Сестре милосердия
События и мероприятия
Ангел милосердия
История
Публикации
Контакты
Фоторепортажи
Наши партнёры
Полезные ссылки
Поиск
Новая версия сайта
 
Advertisement
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Advertisement
Лидский приют: секреты эффективности

21 сентября 2012 г.

Состоялся рабочий визит в Кризисный центр для жертв домашнего насилия в г. Лиде при православном сестричестве в честь св. прав. Евфросинии Полоцкой.
Шелтер, убежище, приют, центр… Суть, которая стоит за этими словами – место, где человек, подвергающийся насилию со стороны семьи, может немного прийти в себя, посмотреть на ситуацию со стороны и принять решение по поводу дальнейшей жизни. О необходимости подобных центров говорит немало обращений, поступающий сестрам в г. Лиду практически из всех регионов Беларуси.

Лидский приют: секреты эффективности (рис.1)
Лидский приют: секреты эффективности (рис.2)
Лидский приют: секреты эффективности (рис.3)
Лидский приют: секреты эффективности (рис.4)Лидский приют: секреты эффективности (рис.5)
 

Целью данного визита было понять, какие аспекты делают работу лидского кризисного центра успешным и что может из его опыта быть полезным при организации подобной работы в других регионах. В рабочей поездке приняли участие начальник управления народонаселения, гендерной и семейной политики Министерства труда и социальной защиты Республики Беларусь Вера Лабкович и руководитель группы управления проектами по предотвращению домашнего насилия и обеспечению гендерного равенства ЮНФПА Галина Десятова.

– В рамках проекта мы поддерживаем кризисные комнаты – как государственные, так и негосударственные. Лидский центр отличает большое количество обращений и хороший, как мы понимаем, опыт работы. В рамках проекта мы будем проводить реорганизацию деятельности кризисных комнат в пилотном, Брестском, регионе и Минске. И одна из целей нашего визита – понять, что мы должны учесть для того, чтобы эти комнаты стали эффективными, – определила цель поездки Галина Десятова.

В ходе ознакомительной встречи в лидский приют гости хотели узнать из уст представителей религиозной организации именно практические аспекты деятельности приюта. А для этого важно было ответить на многие вопросы: с чего начиналась деятельность центра, с какими трудностями пришлось столкнуться, как работать с потерпевшими, каким образом следует устанавливать взаимодействие со специалистами из госструктур и какие моменты следует принимать во внимание при организации быта для подопечных (оснащение комнат, оборудование, организация вопросов питания и уборки помещения и пр.)?

– Следует понимать, что Церковь находится в гуще народной жизни. И лично меня давно беспокоила эта тема. Потому что я столкнулся с людьми, с женщинами в основном, которые живут с проблемой домашнего насилия – и многим из них приходилось ночевать на улице, – поясняет духовник сестричества, протоиерей Алексей Глинский. – Мы долго присматривались, как это сделать. Для начала решили сделать срез, убедиться, что это не единичные случаи. Оказалось, что это проблема не одного человека. Это беда. И большая. Проблема также в том, что тема законспирирована еще лучше, чем наркомания… Настолько, что люди об этом вообще не хотят говорить, не хотят никуда обращаться.  Проект достиг своей цели – мы увидели ситуацию. И не смогли больше ей не заниматься.  Сегодня стараемся находить ресурсы, чтобы центр существовал.

– Что важно учитывать при организации работы в подобных приютах?

– У нас проблема с помещениями, с площадками. У нас их нет. Мы пытаемся строить свой центр, но до завершения строительства еще далеко... Приняли решение снимать помещение. Очень переживали, как к этому хозяин квартиры отнесется. Объявили хозяину (он оказался одним из наших прихожан) прямо, чем мы хотим заниматься, какие издержки за этим последуют. Человек согласился, нашел в себе силы понять. Почему люди не идут в социальные центры? Город маленький, все друг друга знают. Да, есть территориальные центры, в которых люди получают социальную помощь, материальную. Но в нашем случае это не будет работать. Потому что наши попытки вести хотя бы минимальный учет приводили к тому, что люди от нас просто уходили. Поэтому мы не спрашиваем паспорта. Приходится верить людям на слово.

Очень важно, что человек может побыть в центре анонимно. Ведь она из теорий, почему люди не обращаются, особенно в городах с населением около 50 тыс. населения, и объяснялась этим моментом: все друг друга знают. И любое простое появление в социальном центре порождает массу вопросов со стороны: «У тебя проблемы?» Та же боязнь оказаться навсегда в базах данных существует и среди населения больших городов.

– Обращений обычно становится больше ближе к выходным. Обращаются люди разного социального статуса. Буквально на днях к нам обратилась воспитатель. И разве она, например, пойдет рассказывать о том, что у нее проблемы? – подтверждает эту версию руководитель, а по совместительству и психолог лидского приюта Ольга Горшанова. –Человек может пожить у нас какое-то время, прийти в себя. Разные обращаются люди, в основном те, у кого в сознании уже закрепилось: «я – жертва». Иногда человек находится как «в ступоре» – и понятно, что ему нужно время выйти из этого состояния. Есть и те, которым временно нужен приют. Их не надо вести за ручку – они все решают самостоятельно, просто им надо время, чтобы выйти из ситуации. И ночлег, потому что они не хотят обращаться к друзьям, знакомым, беспокоить родственников.

Листовки на автобусных остановках, бегущая строка на местном телевидении, передача телефона из уст в уста: от знакомых, соседей, врачей, милиционеров... Так пострадавшие от домашних тиранов узнают о том, что в их городе есть специалисты, которые готовы протянуть руку помощи в трудной ситуации: предоставить ночлег, разговор с психологом, священником. При этом каждая женщина (проект ориентирован, прежде всего, на них, хотя приходилось сотрудникам лидского шелтера сталкиваться и с нестандартными ситуациями – предоставлять на время жилье целым семьям, а в единичных случаях и мужчинам) может быть уверена, что ее пребывание в приюте строго конфиденциально и анонимно. При этом и пострадавших просят лишний раз не искушать соседей разговорами и не разглашать адрес приюта в частных беседах в целях собственной безопасности, а также безопасности тех, кому потенциально может понадобиться помощь.

– Когда поступает звонок, люди спрашивают, а кто вы, куда надо идти? Что для этого нужно и сколько стоит? – объясняет специфику работы с обращениями Ольга Горшанова. – Этот вопрос также поднимается. Потому что слово «бесплатно» настораживает, люди сразу думают, что их хотят затащить в секту. Спустя какое-то время мы поставили ящик для пожертвований (скарбонку) и теперь, когда возникает вопрос о цене, я объясняю, что человек при желании может пожертвовать на содержание приюта столько, сколько посчитает нужным.

Кстати, за счет пожертвований прихожан храма и за счет проектных средств подопечные приюта для жертв домашнего насилия при православном сестричестве города Лиды обеспечиваются на первое время и минимальным питанием. Нестандартные и сложные ситуации сестры с духовником решают сообща, подключая, если необходимо, и сотрудников местного РУВД, юристов и психологов территориального центра социального обслуживания. Руку помощи протянул и Красный Крест, который в критических ситуациях помогает одеть и обуть подопечных. Вопрос же безопасности решается собственными силами, пока без тревожной кнопки, которая является достаточно затратной статьей. Если звонок поступает поздно вечером или ночью, то встречать пострадавшую женщину Ольга Горшанова отправляется вместе со своим мужем, Юрием (он также полностью помогает в работе центра). Часто она предупреждает о присутствии супруга сразу же по телефону, чтобы избежать лишних волнений и подозрений. 

– Иначе работать просто невозможно. А вдруг кто-то меня подставляет?! Сколько мне угрожали по телефону!– объясняет вынужденность данной меры Ольга Горшанова. – Мужья звонят, к примеру, а в этот момент у нас никого в приюте нет, значит, я понимаю, что жена где-то скрывается. Ведь не предугадаешь, что тебя ждет. Вдруг позвонил агрессор, которому надо выплеснуть злость. Мы также понимаем, что для пострадавших женщин легче всего общаться именно с женщиной. Были ситуации, когда мне приходилось и оставаться ночевать в приюте. Бывает, оставляю свой мобильный телефон, чтобы подопечные могли позвонить (стационарного телефона нет, да и адрес по нему «вычислить» не составляет труда, а у женщин старшего возраста часто нет мобильного телефона).

Мужчины звонят по телефонам кризисного центра тоже. Кто-то на самом деле с проблемой, но им приходится отказывать – проект ориентирован изначально на женщин. Зачастую же (обычно такие звонки поступают ближе к ночи или вечером), мужчины звонят, мягко говоря, поерничать над проблемой. К сожалению, пока приходится иметь дело и с такими моментами…

– В среднем в месяц у нас находят приют 4-6 человек. Летом обращений поменьше – отпуска, дачи, к осени – их становится больше, – рассказывает руководитель приюта Ольга Горшанова. – Приют нужен в основном не коренным лидчанкам. У коренных есть к кому обратиться – родители, подруги, хотя есть и те, кто не хочет открывать проблему родственникам, чтобы не переживали. По времени пребывания каждому человеку нужен свой срок. Кому-то нужно одну ночь переночевать, а кому-то и месяц пожить, чтобы дождаться, к примеру, общежития для себя и своих детей. 

Разные ситуации, разные люди, разные судьбы, неодинаковый подход к решению проблем. Сотрудники приюта для жертв домашнего насилия при православном сестричестве г. Лида пришли к выводу, что важно не только решать ситуации по факту, но и каким-то образом начинать работать и на профилактику подобных негативных явлений в белорусских семьях. И для этого придется объединить усилия. 

– Я считаю, что психологическая помощь должна развиваться в сторону семейной терапии, – говорит духовник сестричества о. Алексей Глинский. – И у нас в центре мне бы хотелось выделить психологическую помощь в отдельное направление. Потому что, если взять директора нашего, ей сейчас приходится быть и руководителем, и психологом, и уборщицей, и поваром, и няней… У нас в городе психологов очень много – но хотелось ориентировать их больше на семейное консультирование.

Важно помочь выйти жертве из замкнутого круга, помочь ей работать, в том числе и над собой. Но также весьма актуален и аспект работы с мужчинами-агрессорами. И опять-таки, здесь важно сделать акцент на информирование общественности, вывод проблемы на уровень осознанности и готовности нести ответственность за свои действия.

– Многие себя даже не осознают в качестве насильников, – поясняет о. Алексей Глинский. – Думают, что он свою жену поколачивает иногда, это нормально – батька так себя вел, другие так себя ведут… И не осознают, что это насилие и оно приводит тяжелейшим травмам как насильника, так и жертву, и детей, которые повторяют эту же модель поведения во взрослой жизни. Об этом люди не знают. Вот почему тема домашнего насилия должна быть на слуху, о ней нужно говорить людям, объяснять многие вещи. У нас на примете есть профессионалы, которые могут работать с людьми, которые бы признали, что не могут справиться со своей агрессией, осознали бы, что им нужна психокоррекция, совет нужен. Возможно, и жертвы перестанут стесняться, бояться, и начнут бороться с болезнью, а не жить с ней.

Светлые комнаты, достаточно уютные. Быт организован просто: кровать, полки либо небольшой стол. В кухне необходимый минимум оборудования. Все самое необходимое. В плане заменить очень старую кровать, приобрести свою кухонную мебель (кухня и мягкий угол в гостиной принадлежат хозяевам квартиры). Уборка организовывается собственными силами проживающих. Правда, не хватает стиральной машины. Домашняя атмосфера и спокойствие, работа с психологом и беседы со священником помогают женщине прийти в себя после агрессивной обстановки дома, найти верное решение для себя и для своих детей. Однако кто-то готов что-то предпринимать в своей жизни, а кто-то, к сожалению, так и возвращается в ту же ситуацию агрессии и побоев…

– Год назад у нас нашла приют женщина с дочкой. Девочке было на тот момент лет 15-16, – рассказывает Ольга Горшанова. – Мама живет с сожителем, который ее периодически бьет. И выгоняет их обоих на улицу. В нашем городе мать и дочь не прописаны – они приехали из деревни. Обратились к нам. Мы их пожалели, пригрели. Через какое-то время женщина собирается возвращаться. Ее дочь сказала: «Ты иди, я туда больше не вернусь». И мать попросила, чтобы дочка пожила у нас какое-то время. Девочка поступила в училище, получила общежитие. Мы часто встречается, здороваемся. Про маму она не говорит, потому что мама в той же ситуации так и осталась. Потом девочка рассказывала, что когда они с папой жили, он тоже их бил. Женщина вышла второй раз замуж. И ситуация повторилась. Слава Богу, что девочка нашла в себе силы не возвращаться.

Пресс-служба Союза сестричеств милосердия БПЦ

 
< Пред.   След. >
Advertisement
DSC_0905.JPG
mirdomu.sestra.by
Голосования
В каких мероприятиях вы охотнее всего приняли бы участие?
 
Из каких источников вы предпочли бы получать информацию о мероприятиях проводимых Союзом сестричеств